Архивы Малый бизнес - Страница 337 из 346 - Бизнес имя

Cколько приносит семейный ресторан в Москве

Небольшой семейный ресторан корейской кухни в центре Москвы приносит супружеской паре предпринимателей около 500 тыс. руб. прибыли в месяц

Бизнес Александра Брайловского и Надежды Пак вырос из их увлечения гастрономическим туризмом.
«Каждый раз, когда мы оказывались в новой для себя стране, обязательно пробовали местные блюда, многие из которых потом появлялись в нашем домашнем меню», — рассказывает Пак в интервью РБК. Надежда работала юристом в группе компаний Lotte, Александр, режиссер по образованию, снимал рекламные ролики. «Я поняла, что кормить людей, видеть их сытыми и довольными я люблю намного больше, чем свою офисную работу, — продолжает Надежда. — Я решила профессионально заняться кулинарией, и муж поддержал меня».

Бизнес по-домашнему

Первый ресторан с говорящим названием «Рецептор» супруги открыли осенью 2010 года. «Советчиков у нас не было, мы действовали на ощупь, — вспоминает Пак. — Хотели открыться непременно в центре, средств хватило только на аренду подвального помещения». Помещение в 100 кв. м по ставке 3,5 тыс. руб. в месяц за 1 кв. м на Большой Никитской достались Брайловскому и Пак в наследство от другого ресторана вместе с основным оборудованием — плитами, холодильными камерами, системами вентиляции и кондиционирования. «Мы обрадовались такой удаче — все самое дорогое в помещении уже было, — рассказывает Пак. — Но оборудование оказалось в плачевном состоянии: печи и холодильники пришлось оттирать несколько недель». Технику предприниматели выкупили у предыдущих арендаторов, потратив на нее всего 500 тыс. руб., а с ремонтом помещения помог отец Брайловского. За счет этого супруги сэкономили около 1 млн руб. и уложились на старте в 1,75 млн руб.

Торговый зал ресторана супруги спроектировали сами, овладев архитектурными и дизайнерскими программами, шеф-повара тоже решили не нанимать: Надежда с детства готовила по семейным корейским рецептам, индийскую кухню освоила во время путешествий. С технологией приготовления блюд помогал брат Надежды — су-шеф одного из ресторанов Аркадия Новикова. Для работы на кухне наняли двух поваров из Китая. «Эти два парня работали с такой же производительностью, как шесть русских, — уверен Брайловский. — Они не знают, что такое выходные. За два года в Москве нам удалось единственный раз вытянуть их посмотреть Красную площадь». Чтобы объясняться с первыми сотрудниками, супругам даже пришлось выучить основы китайского языка.

Первыми клиентами ресторана стали друзья и знакомые супругов. «Мы очень спешили запуститься к началу сентября, когда люди вернутся из отпусков. Открыли двери и ждали шквала посетителей, но в первые два месяца принимали по один-два гостя в день», — вспоминают предприниматели. Они сами выходили на улицу и приглашали прохожих. Через полгода сарафанное радио дало ощутимый эффект: в день «Рецептор» посещали уже около 100 человек, многие из которых или жили и работали рядом с рестораном, или были иностранцами (туристами или экспатами). Пак утверждает, что денег на рекламу ресторанов они не тратят. «Периодически мы приглашаем в гости лидеров мнений, блогеров, которые потом делятся своими впечатлениями», — рассказывает она.

Первые полтора года работы супруги не решались оставить офисную работу: после рабочего дня в Lotte Надежда надевала фартук и сама обслуживала клиентов ресторана. «Мы думали, что главное в работе — душевное отношение к ней, и многое делали сами, — вспоминает Пак. — На кухне и в зале творился хаос». Постепенно основатели расширили штат до 15 человек, но брали на работу только новичков — менеджеры и официанты с опытом приносили с собой сетевые стандарты работы, которые шли вразрез с домашней философией «Рецептора».

Личное участие в жизни заведения придает дополнительные очки бизнесу, считает Алексей Савин, владелец франчайзинговой кофейни «Даблби» у метро «Фрунзенская». «Мы в своем продвижении делаем сильный акцент на развитие собственного района. Общаемся с жителями, делаем локальные мероприятия, — рассказывает он. — Я живу на соседней улице, и мне, как и окрестным жителям, крайне важно, чтобы рядом с домом были качественные и уютные заведения». Главный редактор онлайн-гида по ресторанам Петербурга Restoclub. ru Маргарита Беляева с этим не согласна: «Публика реагирует в первую очередь на качество блюд, размер порций и средний чек, а маркетинговые приправы про семейность и рецепты из путешествий для широкой аудитории большой роли не играют».

Цифры «Рецептора»

10,2 тыс. ресторанов и кафе работают в Москве

175 млрд руб. — объем рынка общественного питания в Москве за 2015 год

12 тыс. посещений в месяц фиксируют четыре «Рецептора»

70% аудитории ресторанов — постоянные посетители

800–1200 руб. — средний чек в «Рецепторе»

100 национальных корейских блюд в меню «Рецептора»

20 тыс. руб. помогает экономить ресторану собственное ПО ежемесячно

30 тыс. руб. — средняя зарплата официанта «Рецептора» с учетом премий

Источник: данные компании, Росстат, 2GIS

Семейная экономика

В 2013 году Пак и Брайловский решили расширяться. В декабре они открыли второй «Рецептор» площадью 200 кв. м в Большом Козихинском переулке, на этот раз потратив на старт 7,5 млн руб. Самыми крупными статьями затрат стали закупка оборудования, мебели и ремонт (каждая — около 2 млн руб.). Ремонт в новом ресторане удалось сделать за два месяца, уложившись в арендные каникулы, которые предоставил собственник. На аренду помещения в Большом Козихинском переулке уходит 700 тыс. руб. Закупка продуктов обходится в 900 тыс. руб., алкоголя — 200 тыс. руб. На оплату труда уходит около 400 тыс. руб. в месяц.

Средний чек в «Рецепторе» составляет 800 руб. без алкоголя, с алкоголем — 1200 руб. В меню ресторана больше 100 позиций. Большинство из них — национальные корейские блюда, приготовленные по домашним рецептам семьи Пак. Многие блюда вегетарианские: Александр уже 15 лет не ест мясо и рыбу, Надежда — пескетарианка (не ест мясо, но ест рыбу). «До 2010 года в Москве в этом плане было непросто: приходя в один из нескольких работающих тогда вегетарианских ресторанов, нужно было переспросить, нет ли в овощном супе куриного бульона или в пироге яиц», — говорит Пак. Чтобы сделать аутентичные блюда комфортными для российского желудка, в некоторых приходится приглушать остроту.

Выручка «Рецептора» в Козихинском переулке в среднем составляет около 3 млн руб. в месяц. Бар приносит 60% выручки, кухня — остальное. Пак утверждает, что оба ресторана работают со средней рентабельностью 20%.

Ресторанный бизнес подвержен сезонности — в период майских и январских праздников посещаемость падает в среднем на 20%, говорит Пак: «Особенно это касается «Рецептора» на Никитской: он расположен в подвале, а начиная с мая москвичи, что остались в городе, хотят насладиться теплом и солнцем». В этом году ситуация должна измениться: основатели «Рецептора» надеются, что после реконструкции Никитской смогут летом выставить столики на улицу. В будни количество гостей зависит от дня недели: с четверга по субботу людей в «Рецепторе» на 30% больше, чем с понедельника по среду. В течение дня «мертвого» времени в ресторане почти не бывает, спад посещаемости наблюдается между 16 и 18 часами: после завершения ланча и до начала ужина.

В 2014 году очередной «Рецептор» открылся на Чистых прудах, а в феврале 2016 года — на Дербеневской набережной. Для контроля качества обслуживания и обратной связи с клиентами Брайловский и Пак решили сделать из своих гостей ресторанных критиков, создав собственную службу тайного покупателя. Желающие могут оставить заявку на сайте ресторана и получить анкету, состоящую из 100 вопросов о качестве еды и обслуживания в «Рецепторе». На основе этой оценки между ресторанами проводится соревнование. Сотрудники ресторана-лидера в конце месяца вместе идут в кино или ужинают в «Рецепторе» за счет заведения.

В первые полтора года после запуска «Рецептор» проверяли МЧС, Роспотребнадзор, департамент торговли и услуг. «У каждой проверки есть конкретный предмет, и иногда органы выходят за его рамки и нарушают регламент, — делится Надежда. — Я всегда указываю на это, благо профессия юриста помогает». В 2016 году из-за введения моратория на проверки малого бизнеса с годовым оборотом до 800 млн руб. проверок «Рецепторов» пока не было.

В погоне за эффективностью

Небольшие рестораны в центре Москвы обычно работают в убыток, утверждает владелец консалтинговой компании «РестКонс» Сергей Миронов. Главная причина — высокая арендная ставка. «В ресторанах в 150 кв. м и 500 кв. м кухня должна быть примерно одинакового метража. Из-за этого в небольших заведениях возникает диспропорция производственной площади и площади торгового зала, — объясняет Миронов. — Ясно, что более крупное заведение принимает больше гостей, приносит больше выручки и позволяет хозяину оплачивать аренду кухонного пространства, чего нельзя сказать о маленьких ресторанчиках».

Повышать показатели «Рецептора» помогает сетевая модель: управляющие и менеджеры, оплата труда которых составляет существенную часть операционных расходов ресторана, могут заниматься сразу несколькими точками, — а также система планирования ресурсов (ERP, enterprise resource planning). Открывая вторую точку в 2013 году, Брайловский и Пак решили автоматизировать управление рестораном. Брайловский, бизнес-информатик по одному из образований, опираясь на трехлетние показатели посещаемости первого ресторана, стал рассчитывать необходимый объем закупок, оптимизировать продуктовые остатки и составлять график работы сотрудников. Персонал «Рецептора» ежедневно регистрирует свой приход на работу: вводит персональный код и фотографируется на корпоративный iPod, который установлен на служебном входе. Так основатели ведут учет рабочего времени всех работников ресторана. «Даже 10–15 минут опоздания официанта утром, когда люди ждут заказанных завтраков, могут быть критичными», — объясняет Брайловский. Опоздания караются штрафом: минус 10 руб. из потенциальной премии за каждую минуту. Тем не менее 20% рентабельности, которые получает «Рецептор» в Большом Козихинском переулке, Миронов считает из ряда вон выходящим явлением.

Брайловский и Пак сетуют, что формат семейного бизнеса не развит в России, как в Европе: из почти 11 тыс. ресторанов и кафе в Москве всего несколько сетей питания принадлежат семейным парам. Савин из «Даблби» говорит, что у семейной ресторанной идиллии есть и оборотная сторона: «Со стороны очень здорово выглядит, когда муж с женой и старшими детьми работают в своем ресторане. Но стоит помнить, что они делают эту работу в том же составе каждый день, с утра до вечера. В условиях высокой конкуренции у них нет возможности схалтурить или просто устроить себе внеплановый выходной. Бизнес такого формата сложно сделать очень прибыльным: владельцы европейских семейных заведений обычно далеко не богатые люди».

Источник: https://www.rbc.ru/own_business/28/03/2016/56f94ebc9a..

БИЗНЕС-ИДЕЯ: РАЗВЕДЕНИЕ ГИГАНТСКОЙ ПРЕСНОВОДНОЙ КРЕВЕТКИ

Данный бизнес малоразвит на территории РФ, но является крайне прибыльным.

Гигантская пресноводная креветка относится к семейству ракообразных и обитает в водоёмах с пресной водой, температура которой не опускается ниже 15 градусов, в России пресноводные креветки выращиваются в регионах Южного Федерального Округа.

Условия для выращивание пресноводной креветки
Вам понадобится водоём, глубина которого должна быть не менее 0,5-1 метра.
Креветки норы не делают, поэтому Вам нужно самому позаботиться об этом и создать для них укрытия, в которых они будет жить.
Пресноводные креветки питаются пищей растительного и животного происхождения, закупать молодняк для выращивания можно в специализированных хозяйствах.

Гигантские пресноводные креветки растут довольно таки быстро.
За год креветка набирает товарный вес 100-150 гр. В водоёме обыкновенно за сезон креветка набирает вес в 50-75 гр.
Если хотите, чтобы вес креветок достигал 100 граммов и больше (за один экземпляр), то лучше разводить пресноводных креветок в закрытых водоёмах, где температура воды круглый год не опускается ниже отметки в 15 градусов.

Сбыт продукции.
С этим вопросом проблем не возникает никогда — в любом магазине или ресторане, гигантские пресноводные креветки у вас купят за их большие размеры и свежесть. В среднем магазины и рестораны предлагают от 6 до 12 долларов за килограмм продукции.

Финансовые вложения в этот бизнес довольно внушительны, но полная окупаемость может произойти за один сезон, и в дальнейшем вы станете получать стабильную прибыль.

Бизнес-план: см.вложение.

Источник: http://www.fabricaidey.ru/presnovodnie-krevetki-viras..

Gigantskaya_presnovodnaya_krevetka_Biznes-plan.docx

19 KB

Presnovodnye_krevetki.pdf

22.6 MB

Видеть то, чего нет.

Меня иногда спрашивают знакомые, которые хотят открыть свой бизнес. Чем бы таким заняться, что приносило бы доход. Я отвечаю: пока есть такие вопросы — ничем.

Почему?

Потому что нельзя взять и вложить человеку в мозг Идею. Для того, чтобы идея была успешной, этой идеей надо заразить других. Ну или хотя бы "гореть" самому этой идеей, быть ее двигателем. Невозможно заставить человека "гореть" чужой идеей. Он все выслушает, поймет, может быть даже заинтересуется, сделает, а получится все равно скучно. Кому нужен скучный бизнес? Прежде всего, он не нужен клиентам. Кругом куча других скучных бизнесов.

Значит, как ни крути, а идея должна быть своя. В одной очень хорошей книге автор называет это "предпринимательский зуд". Смысл этого выражения в том, что открывать свой бизнес надо не тогда, когда ты хочешь его открыть, а тогда, когда ты не можешь его не открывать. Когда у тебя есть такая мысль, которая не дает тебе покоя ни днем ни ночью, она обрастает в твоем мозгу подробностями, ты четко видишь, что и как ты будешь делать, кто и зачем будет к тебе ходить. Ты просыпаешься среди ночи буквально лопаясь от мыслей, и у тебя такое ощущение, что тебя просто разорвет, если ты вот прямо на этой неделе не попробуешь все-таки что-то уже начать.

Со мной такое было неоднократно. У меня есть стопиццот вот таких придуманых и нереализованных проектов, за которые я никогда не возьмусь. Ну просто потому, что я не могу вести одновременно несколько разных проектов. Я пробовала, у меня мозг лопается и ничего хорошего не выходит. Мне таки надо вникать в суть происходящего. Я знаю, надо делегировать полномочия, но… мне этому еще учиться и учиться. Я очень надеюсь, что когда-нибудь я все-таки научусь отпускать созданный проект в "свободное плавание" и делать так, чтобы он там, в этом плавании, не утонул без меня. А пока, к сожалению, мне надо присутствовать в том, что я уже создала.

Так вот, возвращаясь к теме. Откуда же все-таки взять идею? Как придумать, что бы такого сочинить, чтобы оно приносило прибыль? Первый способ прост. Надо взять то, что ты умеешь хорошо делать и подумать, нельзя ли из этого сделать бизнес? Ну например, ты по вечерам плетешь из бисера фенечки. Потом тебя просит сплести знакомая, потом другая, потом вдруг тебе заказывают целое панно, и как-то так через полгодика оказывается, что у тебя — бац, магазин бисерных фенечек, товаров для бисероплетения, и у тебя работают пять бисероплетельщиц, которым толпа народа заказывает фенечки. Так реально бывает. Но это не идея. Это то, что я называю "исторически сложилось". Исторически может и не сложиться, поэтому надо посмотреть на себя пристально и подумать, что ты умеешь, и что из этого можно родить. Даже если ты просто умеешь хорошо убираться у себя дома, из этого можно сделать клининговую компанию.

Когда мне было 19 лет, я ходила на курсы предпринимателей, которые организовывали при одном институте. Курсы были бесплатными, институт выиграл грант на их проведение. В качестве "дипломной работы" нам надо было написать бизнес-план. Кстати, большинство студентов сочинили что-то интересное, правда, я не знаю, воплотил ли кто-нибудь что-нибудь в жизнь.
На тот момент я умела только хорошо играть на пианино, поэтому я сочинила бизнес-план частной музыкальной школы. Это был хороший бизнес-план. Я сейчас иногда на него поглядываю, и даже жалею, что так за него и не взялась. Тот проект слегка переворачивал с ног на голову представление о том, как надо учить детей музыке. Об этом долго рассказывать, но, короче, спрос непременно был бы. Но просто на тот момент это для меня было не реально, потому что опытные преподаватели не пошли бы работать под начало к 19-летней девчонке. Сейчас, может быть, и пошли бы, да я уже толком не помню, как надо учить детей музыке.

Второй способ найти идею — это посмотреть вокруг и увидеть то, чего нет. Те люди, которые не могут придумать, чем бы заняться, видят вокруг только то, что есть. И им кажется, что есть всё. Они привыкли пользоваться тем, что предлагает рынок, и привыкли подстраивать свои потребности под то, что есть. А то, чего нет — его как-бы и нет совсем.

Люди видят, что кто-то продает, к примеру, шпаклевку, тоннами, приходят ко мне и спрашивают: "а вот как ты думаешь, вон тот товарищ продает шпаклевку, у него тоннами ее покупают! это ж сколько шпаклевки продается! а может быть мне тоже начать торговать шпаклевкой? это же наверное, выгодно!"

Моего дара убеждения не всегда хватает, чтобы убедить человека, что тот факт, что у кого-то шпаклевку берут тоннами, вовсе не гарантия того, что у тебя ее тоже будут брать тоннами. А скорее даже наоборот. Все уже знают, где брать шпаклевку, и нет никаких причин брать ее у тебя. Некоторых переубедить не удается. Они таки открывают отдел где-нибудь на строительном рынке, привозят шпаклевку и садятся ждать покупателей. Заканчивается это, как правило, печально. Ну или просто быстро.

Что это значит — видеть то, чего нет? Ну вот например.
Я иду на первое в школе родительское собрание. И там обсуждается вопрос, будет ли продленка. Продленки не будет. Из трех первых классов только 13 родителей написали в анкете, что им нужна продленка, а чтобы комитет образования дал добро, надо 20. Поэтому продленки не будет. Все вздыхают и расходятся. А я иду домой и думаю о том, что если в нашей школе 13 человек хотят продленку, а школ в городе допустим 30, то это почти 400 человек со всего города только из первых классов, а ведь есть еще и вторые, и третьи. Я начинаю думать о том, что вот если бы найти хорошее помещение (сразу начинаю прикидывать, сколько надо квадратов, и что оно собой должно представлять), да заключить договор на аренду автобуса на час в день, нет, двух автобусов, да нанять пару-тройку педагогов, и например после уроков собирать детей из школ, отвозить в свою "продленку", кормить их там, делать с ними уроки, и вести какие-то тематические кружки, то получился бы из этого бизнес, или нет? Мысленно "на коленке" прикидываю сколько на все это в месяц получится затрат, сколько надо набрать детей и сколько будет составлять ежемесячная оплата за все это, которую надо брать с родителей. Выходит, что таки можно было бы попробовать, но если начинать пробовать — надо хотя бы вначале окунуться в это с головой, а у меня и так дел полно. Мне проще няне платить. Вздыхаю. Думаю о том, ну почему же никто из тех, что спрашивают чем бы заняться, не видит, что нужна продленка?

Или например, в торговом центре я покупаю на фуд-корте еду и думаю о том, что вот было бы здорово купить сейчас вафельную трубочку, и запить зеленым чаем, а трубочку никто не продает. И пока я жую пирожок, который жевать не хочу, я думаю о том, что вот ведь у всех почти в детстве была советская вафельница, и мама пекла по воскресеньям вафли, и они были такие вкусные, и так ароматно пахли. И вот был бы в том углу киоск, который назывался бы "мамины вафли", и пекли бы там исключительно вафли. Там стояли бы вафельницы, и тетя наливала бы большим половником прямо при тебе тесто в вафельницу, оно бы там шкворчало, жужжало, и через две минуты ты получал бы горячую хрустящую вафлю. Как в детстве. А тетя еще предлагала бы выбрать начинку. В этой миске у нее сгущенка простая, там вареная, а здесь и вовсе, с какао. А еще — варенье, заварной крем, взбитые сливки, и вот уже попер полет фантазии, а что если пойти дальше и сочинить еще какие-нибудь кремы, то интересно, многие ли "подсядут" на эти вафли? И у меня уже строится в голове франчайзинговая сеть по открытию в разных городах страны этих самых "маминых вафель"))) Дальше хочется перейти к расчетам, но я не перехожу, потому что знаю, что все равно я не буду открывать этот киоск.

(c) agata-g